Стоял самый обычный день в Либерте. Дел было у всех полно - Молли гоняла хулиганов, решивших в честь невесть чего выкрасить одно административное здание в розовый цвет, Ребекка принимала заказ у очередной рок-группы, которых начало появляться в последнее время как грибов после дождя, а Кит тем временем в Экватонии ждал, когда погода улучшится и можно будет лететь. Уже почти сутки шёл дождь, причём ладно бы просто шёл дождь, так ещё и скорость ветра поднялась до пятнадцати метров в секунду. Пока все ждали, когда же ветер утихнет, Кит сидел в гостинице у телевизора. Расположили его в одном номере с Рональдом, оодим из телохранителей крупного промышленника, находившегося с визитом в Экватонии. Рональд - на редкость фанатичный национались и консерватор. Казалось бы такие как он уже давно уехали в Хинчжудан воевать, но Рональда от этого удерживала высокая зарплата, которую он получал будучи телохранителем.
Телевизор был включен на канале, базирующимся в Либерте. Прервываясь постоянными рекламными блоками эфир выдавал то жутковатые и не очень приятные новости, в частности и о войне в Хинчжудане, и об очередном ухудшении отношений с Банананией, и о возможном повышении цен на коммунальные услуги. После очередного рекламного блока на экране вдруг появилось затянутое тёмными тучами небо. Под тревожную фоновую музыку послышался мрачный голос диктора.
 - Это тревожное видение будущего писателя Джона О'Смитсона. Видение будущего, которое нам могут принести опасные идеи, распространившиеся в нашем обществе.
Тут же на фоне неба появилось название фильма - «1994».
 - Вот это я понимаю фильм, - угрюмо сказал Рональд, - точно показывает то, к чему Джейбарсия стремится.
Кит не разделял его энтузиазма. В Либерте все только и говорили о романе О'Смитсона «1994». И работодатели, и некоторые коллеги, и даже знакомые настаивали, чтобы Кит прочитал этот роман. Кит сначала взял-таки в библиотеке эту книжку, но до конца он её не дочитал - во-первых не хватало времени, во-вторых ему эта книга сразу не понравилась. В ней описывалось весьма депрессивное будущее, где весь мир стал похож на огромный концлагерь. Везде тотальная слежка за населением, катастрофическая нехватка продовольствия, и правительство при этом утверждает, что все живут несоизмеримо лучше, чем жили раньше. Больная фантазия О'Смитсона считала, что это и есть то, к чему стремиться социалистическая идеология. Однако Кит, почти равнодушный к политике, не дочитал этот роман и до середины. Он сдал совершенно неинтересную книгу обратно в библиотеку, но роман «1994» и не собирался отставать от него. Этот роман всё так же обсуждали везде и всюду, и пытались в обсуждение втянуть Кита, которому этот роман был абсолютно неинтересен.
Вот и сейчас Кит с удовольствием вышел бы из номера, но идти было некуда. Бар был закрыт на ремонт, никаких других заведений поблизости не было. К тому же был дан приказ не покидать номер. На экране начались сцены боевых действий с применением ядерного оружия. Во весь экран стали вырастать ядерные «грибы», затем экран стал показывать крупномасштабные разрушения.
 - Войны, разруха, голод, и как итог революция, полностью разрушили старый мир, - продолжал диктор.
Дальше стали показывать то, что появилось после разрушения старого мира - новый мир, где царит всеобщая нищета, слежка, доносительство. Этот мир скорее напоминал Киту то, к чему катилась жизнь в Либерте. Один раз он, находясь в Макадамии покинул на десять минут номер, когда был дан приказ номера не покидать. И по возвращению в Либерту кто-то на него донёс.
Кит еле выдержал полчаса этого занудного фильма. Дело спасла погода - ветер стих, и наконец-таки начало проясняться. В номер заглянул работник аэродромной службы и объявил о подготовке к вылету. Кит не без радости пошёл к взлётной полосе. Но не успел он приблизиться к трапу, как его настиг Рональд.
 - Вот, хоть почитай, чем дело закончилось, - сказал он, услужливо впихнув Киту в лапы только что купленную книгу «1994», - деньги вернёшь как сможешь.
Кит не знал, что ответить на такое нахальство.
Вернувшись домой, Кит сразу же плюхнулся на диван. Было полодиннадцатого вечера, позади был десятичасовой перелёт из Экватонии. Кит не спал уже почти сутки, не было сил даже чтобы поужинать.
Ещё полгода назад Кит купил себе новый телевизор - уже цветной. Вот только далеко не всегда он показывал в цвете: то на телеканал пускали всё ещё чёрно-белые передачи, то изображение слишком большого обилия цветов телевизор не мог выдержать. В этом случае он начинал показывать в тонах сепии - почти то же чёрно-белое изображение, только вместо серых оттекнов были желтовато-бурые. Несколько раз телевизор, правда, совсем отказывался давать изображение в цвете, и тогда приходилось звать Баламута или кого-нибудь ещё, кто мог бы починить капризный телевизор.
Был самый обычный вечер для телеэфира: сначала новости, в значительной степени не оптимистические, затем реклама, потом начался сериал «Профессор из Ниоткуда». Кит поначалу очень любил смотреть этот сериал, но в последнее время он потерял в нём интерес. Кит сильно уставал. Очень часто ему приходилось работать ночью. Его теперь считали чуть ли не лучшим пилотом страны и поэтому каждый пытался завлечь его к себе - то какой-нибудь министр, то генерал, то просто крупный бизнесмен. А один раз Кит даже удостоился чести стать на время личным пилотом у премьер-министра, когда тот летел с официальным визитом в Тембрию. Вот только Кит не чувствовал в этом особой радости. Пусть даже ему заплатили изрядную сумму денег. Чего-то ему не хватало. И не только свободного времени. Ещё гол назад бывало, что у Кита находилось до недели свободного времени, а вот потом - вся неделя была забита полётами. Но теперь у него в месяц выходило отсилы по пять-шесть выходных. Кит уже начал скучать по тем временам, когда он был простым пилотом гражданского авиалайнера. А уж с Эндрю и с Эмили он мог не видеться месяцами.
Кит задремал. Происходящее на экране его не интересовало. Звук из динамиков доносился до него как сквозь туман. Когда Кит проснулся, на экране висела настроечная таблица, а из динамиков доносился мерзкий писк. Было полвторого ночи. Настроечная таблица более-менее чётко отображалась телевизором.Кит уже хотел было встать с дивана и выключить телевизор, но тут его привлекла какая-то странная помеха. Настроечная таблица вдруг стала отображаться в синевато-зелёных тонах. При этом по экрану пошла лёгкая рябь, а писк стал каким-то более унылым. Но вот настроечная таблица снова стала цветной, писк стал по-прежнему мерзким. И тут связь пропала. Экран стал чёрным, появилась надпись «Нет сигнала». А через две секунды она вдруг сменилась чем-то вроде настроечной таблицы, только совсем непонятной. К тому же на ней была надпись «Мы очень близко». Через миг экран снова стал чёрным, по нему промелькнула надпись «Не бойся». Затем на экране появились ещё более странные надписи:
«HY~~~R61, который поможет нам общаться с Тобой.
1 - Не бойся
2 - Не пытайся это остановить
3 - Сиди на месте
4 - Ты не можешь вечно прятаться
5 - Твои лапы!!!
6 - Продолж?»
Кит не мог понять, что это всё означает. Что это за странные сообщения? Зачем они появились в ночном эфире? И кто их запустил в эфир? Меж тем на экране стали появляться странные изображения: фрагменты чертежей, всякие формулы, и всё это чередовалось со странными сообщениями. Тут по экрану пошля рябь, промелькнула надпись «Ты не одинок», и экран вспыхнул ярко-синим цветом.
На какое-то мгновение Киту показалось, что перед ним кто-то есть. Будто бы на него кто-то смотрит. Причём не просто смотрит, а словно кто-то насковзь пронзил его своим леденяще-неприятным взглядом. Длилось всё это отсилы две секунды. По экрану снова пошла рябь. Затем появилась надпись «Всего хорошего . . . » на чёрном фоне. Потом появился какой-то странный узор и на экране снова появилась настроечная таблица. И снова из динамиков пополз мерзкий писк. Кит выключил телевизор и пошёл спать. Но зайдя в спальню, он остановился как вкопанный. За окном на балконе ему вдруг отчётливо показалась пара глаз и какая-то неестественная злорадная улыбка. Кит тут же схватил первое, что попалось под руку и включил свет. На балконе никого не оказалось.
«Ну вот, теперь ещё и галлюцинации, - подумал Кит, - кажется паранойя уже близко!». Осмотрев из балкон с более близкого расстояния Кит убедился, что на нём действительно никого не было. Он уже хотел было положить на место тот предмет, которым он собрался было отбиваться от постороннего, но посмотрев, что это был за предмет, Кит вдруг разозлился. Это была всё та же книга «1994», которая мало того, что уже надоела, так ещё и поливает читателя отборнейшим враньём и ненормальными фантазиями о тотальной слежке чуть ли не с каждой страницы. Кит с нетипичной для него ненавистью запульнул эту книгу в коридор и лёг спать. Но в этот раз ему с трудом удалось уснуть. Его не покидало чувство тревоги, вызванное странным случаем в телеэфире и последовавшей за ней галлюцинации. «Может я просто переутомился? - думал Кит, - может быть мне всё-таки взять отпуск на пару дней?»
Весь следующий день прошёл для Кита в работе - начав с простого полёта в Тинабулу и обратно, Кит был вынужден сесть за штурвал очередного представительчкого авиалайнера - на этот раз министр иностранных дел отправлялся на конференцию в Республику Зибальдо. Пока министр просиживал в конференцзале, Кит кое-как объяснял плохо подготовленным авиатехникам как надо обращаться с реактивным самолётом. Авиатехники, некоторые из которых еле-еле научились читать, плохо умели обращаться с реактивными самолётами, так как в Республике Зибальдо всё ещё пользовались той техникой, которая была выпущена в сороковых годах.
 - Ну кто вас учил обращаться с самолётами, а?!! - едва не вышел из себя Кит, когда авиатехники собрались буксировать самолёт к месту стоянки, забыв разблокировать шасси.
А уж лётным навыкам пилотов молодой республики не позавидовал бы даже новобранец Западной Коалиции, которого заманили в военно-воздушные силы пообещав огромную зарплату, и проведя лишь поверхностное обучение закинули в объятый войной Хинчжудан. Не без удивления Кит наблюдал за нелепым зрелищем - пилоты-недоучки забыли выпустить закрылки при взлёте. И лишь когда до конца полосы оставалось менее трёхсот метров, до них дошло-таки, почему самолёт не взлетает. Самолёту не хватило полосы, и завершал взлёт он уже с газона, при этом подпрыгивая, кренясь в бок и угрожая опрокинуться.
 - Надо же! - возмущался Кит, наблюдая за взлётом, - С пальмы да за штурвал!
Но самое интересное началось вечером, когда надо было отправляться в обратный путь. Министр вдруг решил задержаться на пару дней в Республике Зибальдо.
 - Ничего, доплачу за два дня вашего пребывания тут, - пробубнил министр, - Будет, так сказать, внеплановая командировка.
 - А может мне . . . - начал было Кит, но министр его перебил.
 - Никаких может. Сказано командировка, значит командировка.
Меж тем у министра иностранных дел был повод задержаться - в Либерте сразу после его отлёта начались массовые акции протеста против повышения цен на коммунальные услуги. По какой-то случайности это повышение цен совпало с решением урезать зарплаты некоторым категориям работников.
К вечеру вся Либерта была охвачена акциями протеста, которые постепенно перекидывались на соседние города. Изначальный мирный вид акций был растерян к вечеру, когда демонстрантов начала разгонять полиция. Ситуация осложнилась ещё и тем, что у некоторых демонстрантов оказалось оружие, и иногда начала раздаваться стрельба.
 - Это точно анархо-синдикалисты устроили провокацию! - бесился майор полиции, - Каннингем, немедленно бери отряд внутренних войск, и разгони их! Огонь открывать сразу на поражение!
 - Ещё чего! - ответила Молли Каннингем, - В мои обязанности входит защищать народ, а не истреблять его.
 - Какой ещё народ?!! - заорал майор, - Это же поганые хулиганы, они только и ждут того, чтобы разгромить весь город и заняться мародёрством! Уже который раз ты не исполняешь приказ из-за того, что боишься задеть кого-то якобы невиновного! Раз находишься в одной толпе с бунтарями и мародёрами, так и сам значит такой!
Молли напрочь отказывалась стрелять по демонстрантам на поражение. Мало того, что она не видела в действиях большинства демонстрантов ничего противозаконного, так ещё она знала, что где-то там, на неспокойных улицах два её близких друга - Элис и Том, два года назад примкнувшие к Анархо-Коммунистической Федерации. Причины этому были разные. Том не смог устроиться на работу. Элис ещё держалась на работе, но зарплата была до смешного низкой. Властям не были нужны археологи, и Элис, которая пошла работать в тот же институт, где работала её мать, оказалась на мели. Теперь Элис и Том где-то там, среди манифестатнов, возможно размахивают чёрно-красными флагами, или отбиваются от попыток полиции арестовать их.
 - Конституцией гарантировано право на свободу митингов . . . - начала Молли, но яростный вопль майора прервал её.
 - КАКАЯ ЕЩЁ КОНСТИТУЦИЯ?!! ДЕМОКРАТИЯ В ОПАСНОСТИ, МЫ НА ГРАНИ ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ!!! ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ СТРЕЛЯТЬ ПО СТОЛЬ БЛИЗКИМ ТВОЕМУ СЕРДЦУ ХУЛИГАНАМ И МАРОДЁРАМ, ТО МОЖЕШЬ ЗАБЫТЬ О РАБОТЕ!!!
Молли так и не отправилась на бойню с демонстрантами, но уволить её не удалось - за неё вступилось с пару десятков других полицейских.
Майор был разозлён бунтом, но не знал что делать. Единственное, что он мог сделать - сообщить о случившемся вышестоящим инстанциям. Сообщил. И вышестоящие инстанции приняли страшное решение.
В то утро Молли собиралась уже ехать домой с ночной смены. Она пошла на стоянку, где была припаркована старенькая малолитражка, которую Молли взяла на время у своей мамы. Молли попыталась открыть дверь, но ничего не вышло. Приглядевшись к замку повнимательнее, она не без злости обнаружила там останки от обугленной спички. «Опять шпана баловалась!» - думала Молли, выковыривая почти рассыпавшуюся спичку из замка. Меж тем сидящий на чердаке соседнего здания снайпер тихо радовался. Он уже поставил винтовку на штатив, и собрался было уже целиться. Но тут он услышал голос откуда-то сбоку:
 - А ты не боишься того, что она с тобой может сделать после того, как ты выстрелишь?
Снайпер повернул винтовку в сторону,  откуда донёсся голос. Он собрался уже было выстрелить в постороннего, но увидев кем был посторонний, снайпер уронил на пол винтовку и заорал в истерике.
 - Что ты голосишь, придурок? - тихо и злобно спросил незнакомец, - думаешь, что если кто-нибудь тебя услышит, то тебе помогут? Но как? Ты же дверь запер!
Снайпер забился в угол. Его лапы дрожали. Он с чувством дикого страха смотрел на того, на кого когда-то сам работал. И кого предал при первой же возможности. Но он не думал, что когда-либо его теперь увидит. Он не думал, что его теперь вобще кто-нибудь увидит . . .